интерьвтю с группой КОRSИКА. Альтернативы жизни – нет
КОRSИКА. Альтернативы жизни – нет
Сложность задачи не отменяет необходимости ее решения, - это высказывание лидера группы КОRSИКА Олега Михайлова, словно переворачивает все осознание, все восприятие целей рок-музыки как таковой. Альтернативы – нет, как нет возможности отгородиться от жизни, от ее дурацких законов и долбанных несуразностей. Нет возможности запереться внутри белой комнаты с мягкими стенами, зарыться с головой в пуховое одеяло и дождаться, когда другие все перевернут с ног на уши, но зато можно будет выбраться из норы и вдохнуть посвежевшего воздуха.
Иммунитет к проблемам приобретается только в процессе борьбы с ними, и никак иначе. И, пожалуйста, пусть это будут не глобальные траблы потепления (перенаселения, вакцины для уменьшения численности населения). Это может быть проблема долбанутой училки, трамвайного хама и дурочки из кадровой службы, которая спрашивает тебя, почему ты хочешь получить эту работу.
С каждым из этих вопросов надо уметь разбираться, уметь решать, уметь смотреть в глаза той реальности, что преподносит тебе грабли, подножки и маленьких розовых свинок ежедневно и безукоризненно (вот все бы так хорошо работало, как машина по производству проблем и неприятностей!).
Поэтому КОRSИКА – особая группа. Они не играют бравурных маршей, не выдавливают натужных рыков из глубин чрева, и они очень не любят сопливого визга о том, в какие тартарары мы тут все катимся.
Каждая вторая металлическая команда страшным голосом завывает о грядущем апокалиптическом финале человечества, и только добрая группа Корсика нахально выдает: ни фига, у нас еще афтерпати намечено! Даже если случится конец света, мы продолжим играть в темноте! Хрен с ним, с фатализмом, будет день, и будет смысл, жить надо, проблемы надо решать, а не заморачиваться предсказаниями индейцев и политических обозревателей, мусолящих тему третьей мировой. Майя предсказали, режиссеры сняли, музыканты уныло пропели похоронный марш всем надеждам. Крутой продюсер сделал мастеринг на крутой студии, группа дала три десятка интервью, рассказав и про студию, и про своего продюсера, а вот смысла этого унылого творчества, по ошибке названного рок-музыкой, так и не объяснила. И такая хренотень – в глобальном масштабе – выборка репрезентативная, в силу профессии. Такое ощущение, что музыканты просто забыли, для чего создавалось рок-движение, что есть социальный протест, и почему эта музыка была и остается неформатной, почему она не в числе рейтинговых и популярных. Все стремятся «пропихнуться» на каналы, помериться крутизной и погромче проорать очередное катастрофичное пророчество. И тут снова появляется удивительная Юлия Кей с новой остросюжетной идеей, цепляющей всех за задницу, просиженную до мозолей в компьютерном кресле – коннект умер, да здравствует реальность! Кончилась карточка варика, смотришь на себя в зеркало, и видишь чмо. Меломаны в панике, геймеры собирают оружейную базу для массированного нападения на корсиканскую территорию… А мне просто интересно – кому вы еще умудрились в новом альбоме перцу на хвост насыпать? В смысле, какая еще тематика была тобой избрана? Ты всегда была на пике волны актуальности, всегда умела чувствовать особо больные темы, укрытые особо прочным забором общественного равнодушия.
Юлия: Я не могу не согласиться, но считаю, что мало что изменилось с того периода, когда рок-музыка начинала зарождаться. Сейчас происходит то же самое, практически нет каналов, через которые до людей доходили бы слова. Радио и телевидение достаточно форматные вещи, и ничего нового или интересного с точки зрения того поколения, для которого мы пытаемся работать, для молодежи, они не дают. Очень мало актуального, сплошные розовые сопли с сахаром, либо наоборот, настройка на реальность очень общую, никакой конкретики, ничего, что бы задело. Поэтому, что касаемо альбома «Альтернативы.net», то он выдержан под знаком жизни. Я старалась сделать его как можно более искренним, как можно более отражающим острые моменты, острые углы нашей жизни. Ситуация сложная, достаточно тяжелая, и когда все это накладывается на максималистический возраст, когда кровь кипит, душа бунтует и еще при этом окружающий мир достаточно жестко с тобой обращается – тут и возникают взрывы личности. Хотелось именно побольше острых углов, души наизнанку. Чтобы никаких замалчиваний, никаких красивых фраз, эпитетов, вообще ничего этого. Хотелось сказать просто, максимально честно, максимально жизненно о том, что действительно волнует. Создать картину, в которой не сглажены острые углы реальности, того, что с нами происходит.
Чем этот альбом будет принципиально отличаться от предыдущего, кроме всех новых музыкальных наворотов? Именно в содержательном смысле?
Юлия: От «Апокалипсиса» этот альбом будет отличать одна очень очевидная черта – это альбом жизни, следующего шага, альбом для завтра. Нет никаких упаднических настроений, что все плохо, все кончено, у меня нет ничего впереди, жизнь рухнула. Все это остается за бортом, а с тобой остается ощущение, что завтра будет новый день. Каким он будет – зависит только от тебя. Ты можешь просидеть его, сжав голову руками и закрыв глаза на все трудности, которые жизнь пытается тебе впарить. А можешь просто встать, откинуть все, что было позади, и, не оборачиваясь, сделать новый следующий шаг. И может быть, тебя не ждут, может быть, в тебя не верят, может быть, ты сам не веришь, что сил хватит. Да наплевать. Встаешь и делаешь. И весь альбом о том, что надо действовать, а не ждать какой-то подачки сверху или со стороны. Он о желании жить и возможности быть собой, реализовываться. Каждый день совершать свой этот подвиг чертов. Наперекор всему. Если весь гребанный мир против тебя, значит, так и надо. Значит, ты встаешь, идешь и борешься со всем этим миром. Девушка тебя бросила, молодой человек себя плохо повел? Все! Встаешь и заканчиваешь всю это бодягу и идешь дальше. И так везде. Главное ощущение - нацеленность на прорыв, нацеленность на завтра, на то, что у тебя настолько еще все впереди, что завидовать тебе можно.
Однако, парадоксально получается, такая жесткая, хотя и жизнеутверждающая позиция, и такое неожиданное название – Альтернативы нет. Почему-то вспоминается психологическое исследование табличек с надписью «выхода нет», от которых депрессивные личности из окон выбрасываются. Постановление даже какое-то приняли, чтобы писать на этих табличках «выход рядом». А ты этой политкорректной ремарки не делаешь, сказала все, что давно надо было сказать. Не то, что хочу, а то, что надо, что просилось, и чему мешала чертова политкорректность. Рокерский поступок, однако, хотелось бы услышать пояснение, альтернативы чему мы в данном контексте не видим? И по какому пути человек должен следовать?
Юлия: Да это легко на самом деле. Альтернативы нет – жизни. Жизнь – это все, что у тебя есть. У тебя есть дорога и твой шанс, у тебя есть эта жизнь. Тебе ее дали, и другой не будет. Не будет альтернативы, не жди. Пользуйся тем, что тебе дано, действуй там, где ты сейчас. Никогда не складывай рук, если тебе что-то не нравится. Не нравится – так меняй. По другому просто не прокатит. Можно сколько угодно прятаться в книгах, в фильмах, но от этого твоя жизнь не будет двигаться вперед. Нет альтернативы тебя в этом мире – ты точка отсчета. Ты нулевой меридиан, и от него идут уже дальше все дороги, и все они перед тобой, нет альтернативы тебе.
Ты сейчас употребила фразу, с которой начались безумные дебаты по текстам сингла «Коннект», предшествовавшего альбому, - «не прокатит». Вспоминается, как резко тогда публика отреагировала на столь резкий слог, почти сленг, как будто, извиняюсь, их нахрен послали…. Что ж тогда происходит с вашей собственной аудиторией? И в частности тот факт, что Корсика даже среди аудитории, считающей себя альтернативной и независимой, позиционирующей себя как неформалы, если по факту все только и лаются друг с другом, кто из них труЪ, а кто лохи непотребные. И вдруг проявляется этот безумный снобизм и ханжество по отношению и к тексту, и к тематике. Причем, ярлык непригодности в этот раз выглядит не как традиционное «попса!», а качественно по-иному, хотя бы честно – нуууу, ребята, вы че-то перегнули. И ваше «не прокатит» у нас не прокатило. Парадоксальная ситуация, коммерческое ханжество, присыпанное сахарной пудрой вперемешку с гвоздями. Непопсовая публика проявила редкостную попсовость.
Олег: это не попсовость, это приверженность формату. Тому, который уже и непопулярен. Это формат, который не слушает никто, кроме этой тусовки. Бывает время героев, а бывает время подражателей. И герои нашего стиля уже все старые, и время их шедевров, когда для них и для нас это было по-настоящему важно, оно прошло. Многие люди пишут песни такими, какими нужно их делать. Надо использовать одинаковые слова, вокалиста с высоким голосом, униформа. Мы поэтому и видим кучу людей «за сколько-то», которые по сей день слушают Deep Purple и Led Zeppelin – не потому, что это лучшая музыка в мире, а потому что она была написана честно, это были герои. А потом стали появляться подражатели. Те, кто ухватился за идею и стал ее перерабатывать на свой лад, создавая новые бренды того же самого продукта. Людям, попробовавшим оригинал, эрзацы не интересны. Ошибка современной сцены в том, что песни пишут такими, какими они должны быть, употребляют «нужные» слова, нужные формы и риффы, правильные звуки и сочетания. Это как униформа! Кому ты должен, что ты должен? Многие из тех, кто работает на сегодняшней сцене, благополучно прижились в формате, у них есть острое чувство тренда и рамок, за которые лучше не выползать, если не хочешь оказаться out of market. Самое удивительное, что эта тенденция парадоксальна – есть определенное количество людей, некогда схвативших «наживку» и теперь прочно сидящих на леске, но поймать новых слушателей эта тусовка уже не может – она изжила свою актуальность, потеряла свою свежесть и интересность. Но и пойманного не отпускает, поэтому у молодых музыкантов создается иллюзия популярности формата.
Согласна. В книге Ильи Стогова об этом тоже, кстати, упоминается, что вроде бы «альтернатива», а одеты все одинаково – в широкие штаны и милитаристские майки, как дисциплинарный батальон… Пару раз и в других текстах проскальзывало: если ты гот, ты должен послушать вот это, одеть вот это и накраситься вот этим. Если ты альтернативщик, то должен вот так заплести волосы и вот так проткнуть себе пол-лица…
Олег: Вот этого я и не понимаю – почему, если ты слушаешь неформальную музыку, ты что-то должен? Ты кому вообще должен? Почему обязательно косуха или дредды? Можешь ходить, а можешь и нет, но почему ты должен? Кто тебе это сказал, если ты такой независимый, если ты отказался от влияния телевизора, попсы, зачем ты себя загоняешь в рамки?
Потому что иначе ты не труЪ!
Олег: А должен быть? И кто эти стандарты истинности вообще устанавливает? Кстати, кто вообще надумал стандартизировать то, что заявляется как нестандартная, неформатная?
К этому мы и пришли в итоге: Корсика в географическом и историческом контексте всегда имела особый статус, особую независимость и непринадлежность к какой-либо политической и культурной формации, и Корсика как группа стала уникальным явлением на сцене, своеобразным островом посреди океана, между двух берегов – металла и альтернативы. Определенное «непонимание» группы, как мне кажется, было следствием именно того, что идентифицировать вас не удавалось никому.
Виталий: Эту музыку не надо идентифицировать, в нее надо просто врубиться. Когда пишешь такую музыку, нельзя заниматься математикой, высчитывая, сколько должно быть куплетов и припевов, нельзя раздумывать, куда воткнуть соло или какую бочку использовать. Надо просто понять друг друга, и каждый сыграет именно так, как оно должно звучать. Группа – это та машина, в которой, если все детали друг под друга заточены, она покатится сама, без лишних усилий и искусственного подталкивания. Просто понимание – когда приходит мелодия, потом Юля пишет текст, мы это играем – и все. Не стоит заморачиваться и определять стили, надо просто слушать.
Тем не менее, это не устраняет необходимости классифицировать тему. Скажем, в музыкальном магазине как быть? Как сказать продавцу чего я хочу?
Виталий: Как новинку. Я именно так всегда и покупал диски. Просил новенькое и интересное.
Олег: В этом и соль. Любая идея что-то привести «к общему знаменателю», когда продавцу удобно раскладывать диски по полочкам, доводит до того, что весь металл похож на Арию, а вся альтернатива – на Аматори. А мы играем Корсику.
И для вас пора изобретать отдельную полку в магазине.
Олег: Или совсем под прилавок убрать, чтобы глаза не мозолила своей нешаблонностью.
И не обретете своего места в «братском могильнике» на полке какого-нибудь рок-маркета…
Олег: Зато это лучше, чем копировать Children Of Bodom и гордо торчать рядом с ними. Корсика – это не коммерчески выверенная музыка, которую мы рассчитываем продать побольше и подороже, это саундтрек к жизни. У меня есть полное отношение, что я живу по максимуму, наотмашь. Я думаю, что чувствую настроение сегодняшнего дня. Это портрет. Не портрет подростков или людей, что смотрят на жизнь с высоты лет, это настоящее. Настроение сегодняшнего дня. Оно злое, циничное и бескомпромиссное. Я должен ехать, я вижу, что происходит вокруг, я слушаю новости. Я знаю ,что происходит в мире в любых масштабах, мне нужен саундтрек для этого дня.
PS Предельно просто. Предельно ясно. Предельно жестко. И просто важно – уметь жить сегодня. Не влачить свое существование, как чемодан без ручки, мечтая доковылять до пенсии в миллион евротугриков, не просиживать на работе с девяти до шести с попутным изображением бурной деятельности между просмотром новостей в контакте.
Просто жить той жизнью, которой нет альтернативы. А жизнь она такая, непростая, не сахарная. Но другой у тебя не будет.
